Алла Авилова
Эвтаназия в Европе: страшилки и факты
По лентам новостей недавно прошло: Люксембург вслед за Голландией и Бельгией стал третьей страной, узаконившей эвтаназию. Это сообщение должно вызвать ужас у тех, кто проводит параллель между эвтаназией в современной Европе и нацистской практикой избавления от
«ненужных людей». В России так делают многие, но это в корне неправильно.
Эвтаназия дословно означает «благая смерть». Мне пришлось столкнуться с тем, как она происходит на практике.
Я присутствовала при совершении эвтаназии в Амстердаме по просьбе человека, которого хорошо знала.
Назову здесь этого человека Ханс. 84 года, неоперабельный рак в последней фазе. Он сократил свою жизнь эвтаназией на одну-две недели
— это было время, которое ему еще оставалось, согласно последнему прогнозу его врача. Если бы он это не сделал, его бы ожидали одна-две недели борьбы с невыносимой болью, против которой стали все хуже помогать уже самые сильные средства. Есть Ханс мог с трудом, с постели уже не вставал. Продления такой жизни таблетками и инъекциями он не захотел.
Критики эвтаназии любят говорить, что страдание не бывает полным, что в нем присутствует высокое, что когда боль спадает, то может произойди что-то замечательное, даже чудо и т.п. Все это верно. Ханс даже такое испытал, но все же пришел момент, когда его жизнь потеряла для него смысл настолько, что он решил из нее уйти, и это решение ничто не могло остановить.
Он сообщил о своем желании эвтаназии близким, а затем официально заявил об этом своему домашнему врачу. Последовала установленная законом процедура, которая должна предшествовать осуществлению эвтаназии, после чего был назначен ее день и час.
Все происходило в доме Ханса. По его приглашению там собрались самые близкие для него люди. Я была одна из них. Сначала каждый из нас по очереди зашел к Хансу в спальню, чтобы проститься с ним один на один
— так он захотел. Потом мы пришли к нему в спальню все вместе и сели на стулья, расставленные вокруг его постели.
У изголовья Ханса были его жена и старший сын. Он взял каждого из них за руку. Все присутствующие тоже дали руки друг другу, и так Ханс оказался в кольце близких. Слов уже никто больше не произносил. Прозвучала любимая музыка Ханса, которую мы прослушали все вместе, большинство
— со слезами на глазах. Ханс смотрел на нас с полуулыбкой, в глазах — грусть, но не страх.
Музыка отзвучала, и в спальню Ханса вошел его домашний врач, который дожидался этого момента в гостиной. Как полагается, он объяснил, что сделает два укола: один
— с сильнодействующим снотворным, другой — останавливающий деятельность мышц, а значит и сердца. После первого укола была пара минут, когда Ханс взглядом последний раз простился с нами
— все та же полуулыбка, которой не забыть. Его глаза закрылись, и, удостоверившись, что Ханс находится в глубоком сне, врач сделал ему второй укол. Когда Ханса не стало, внимание собравшихся в доме Ханса переключилось на его жену. Оно было ей очень нужно, и оно ей помогло. Я не помню ничего, что хоть как-то показалось мне антигуманным. Я видела очень
гуманное расставание человека с жизнью: добровольное и светлое расставание измученного болью старого человека с его необратимо угасающей жизнью.
Злоупотребление эвтаназией не надуманная проблема. Сознавали ее и в Голландии, первой стране в мире, узаконившей добровольный уход из жизни с помощью врача для
неизлечимо больных людей. Соответствующий законопроект был принят здесь после многолетнего обсуждения в парламенте, и только как разрешение
эвтанации в отдельных случаях. Этот закон так и называется: критерии применения эвтаназии и оказания помощи при добровольном уходе из жизни. Вот эти критерии:
- врач должен быть убежден (а значит, в случае юридического преследования, суметь доказать), что его пациент принял решение о своей эвтаназии добровольно и обдуманно;
- врач также должен быть убежден, что это тот случай, когда болезнь пациента неизлечима, а физические страдания от нее стали невыносимыми, и уже исчерпаны все средства избавить пациента от таких страданий;
- пациент должен быть проинформирован о своем состоянии на данный момент и о прогнозе, касающимся продолжительности его жизни;
- врач и пациент должны вместе прийти к заключению, что проблемам, вызвавшим желание эвтаназии, нет никакого другого решения;
- с этим заключением должен согласиться еще один врач, работающий независимо от лечащего врача и тоже знающий данного пациента;
- эвтаназия может быть произведена только врачом и только медицинскими средствами.
Предложить интересную новость, объявление, пресс-релиз для публикации »»»
